Джоанна увидела, что спит прямо на улице, на голой земле, подложив под голову сумку с инструментами. Как она попала сюда? Что случилось? Может быть, она слишком много выпила вчера и свалилась, не дойдя нескольких метров до собственного дома? Джоанна покачала головой.

В клане не приветствовали пьянство среди воинов. Образ их жизни тщательно контролировался, и стимуляторы применялись крайне редко. Врачи говорили, что возбуждать воина должно само сознание того, что он воин. Но Джоанна пила, уже в течение многих лет она регулярно употребляла крепкое вино и особой напиток, называемый «плавитель». Голова у Джоанны болела, поэтому она с удовольствием выпила бы сейчас чего-нибудь.

Женщина с трудом поднялась. Ноги затекли и сильно болели, словно Джоанна и впрямь всю ночь продиралась сквозь эти чертовы кусты. Стоя на негнущихся ногах, Джоанна вспомнила о новых водителях боевых роботов, присланных на замену погибшим на Токкайдо. Они не были похожи на нее, но разве может кто-нибудь быть таким, как она! Главное, что они мало походили на тех, кого Джоанна знала раньше. Речь шла о новом поколении воинов – смелых, горячих, не слишком довольных перемирием и изобретательных в яростных, свирепых атаках.

Вне всякого сомнения, они были настоящими бойцами, но совершенно другими по характеру. Непонятно почему, но, несмотря на все их достоинства, Джоанне они не нравились.

– Я их ненавижу,– прошептала она.

Эйден, казалось, прочно вселился в ее сознание.

– Да ты всех ненавидишь, Джоанна,– услышала она его тихий голос.

– Да, почти всех,– вслух произнесла она.

Западная учебная зона, Паттерсен, Судеты

Зона оккупации Кланом Нефритовых соколов

1 июля 3057 г.

– Что ты сказал? Они не хотят служить с нами? – взвилась Джоанна. Ее лицо напряглось, а всегда злые глаза расширились и приобрели угрожающее выражение. Глаза у Джоанны были почти бесцветные, только временами, при определенном освещении, они немного серели, и в эту минуту их можно было сравнить с кусками стали, вылетающими из артиллерийского орудия.